Моему детству и юности, посвящается
Часть 1. Холобуды.
Моим соседом (соседский дом и участок) был Дима, младше меня на несколько лет. Знакомы мы с ним с самых ранних детских лет. Мы вместе строили холобуды, причём обязательным условием была постройка холобуды как на моём, так и на его участке. Ох сколько же их у нас было, и уличных, и чердачных, и даже комбинированных полуподземных.
Первая холобуда была построена на участке (огороде) соседа, из всякого хлама, как сейчас помню, что мы построили три или четыре «комнаты», я предусмотрительно взял из батиного сарая гвозди, для крыши использовали куски толи (рубероида), но так как опыта в кровельном деле у нас не было, с первым хорошим дождём все комнаты протекали, пришлось менять тактику и подход.
Следующая холобуда была построена уже на моём участке, в одно прекрасное летнее утро я вышел во двор и на задней части двора я увидел навес и сооружение, мой батя за одно раннее утро построил холобуду. Радости не было предела, это была мощная и надёжная конструкция. Я сразу же позвал своего соседа (хвастануть, а как же!), и мы начали осваивать сиё сооружение. Из доработок сразу же был в заборе (который служил заодно и задней стенкой холобуды) мы сделали типа лаза, правда в который через несколько дней залезли бомжи, и мы лишились быстрого выхода к ставку, мой батя предусмотрительно забил железными листами этот лаз, и задняя стенка перестала быть по совместительству выходом.
Третья холобуда была обустроена на чердаке соседского дома, ранее там была голубятня, но моему другу каким-то образом удалось убедить своего отца в необходимости построить голубям другое место обитания. Мы усердно и трепетно выносили голубиный помёт, отмывали чердак от мусора, пыли и какашек. Сосед торжественно прибил щеколду к входной дверце чердака, и чердачная холобуда начала своё существование.
В дни непогоды мы с соседом коротали за рассматриванием вкладышей от жвачек, на дворе было начало 90-годов, никаких интернетов ещё в помине не было, мы вырезали из бумажных журналов солдатиков, играли в «войнушки». Костя домой – это меня звали родители и без вариантов, приходилось нестись домой. Впрочем, у меня с соседом действовала договоренность, а именно в части аусвайса / пропуска, я мог практически в любое время посещать эту холобуду, даже когда соседа не было дома. Родители соседа, отличные люди, понимающие, за что им спасибо, к сожалению тёти Иры уже давно нет в живых.
Хотелось добавить о плюсах частного сектора. Для строительства холобуд мы использовали всё, что попадалось под руку и на глаза. Перегородки для крыши и столбы для комнат мы брали прямо внизу в балке ставка, используя старые деревья и поросли. Стенами были старые деревянные двери, найденные на помойке, которая располагалась в метрах 200 от нашего заднего двора. Гвозди я брал отцовские, благодаря этому мы с соседом активно освоили молоток и процесс забивания.
Курили ли мы в этих холобудах? Нет, если это и было то уже в классе 9-м, но к тому времени холобуды уже утратили свою популярность, последняя холобуда в моём дворе прекратила существование летом 1997 года, а соседская чуть позже.
Особым шиком было позвать в гости своих друзей как с многоэтажных домов Привокзального микрорайона, так и с частного сектора посёлка третий Восточный. Мы проводили там практически каждый летний день. Зимой холобуды не использовались, и были законсервированы до тёплых деньков, использовались как склад бытовых вещей.
Часть 2. Качели и канаты.
Высшим пилотажем было подняться без ног, только с помощью рук, и одной рукой дотронуться до ветки, которая держала этот канат. Со временем, мальчишеское мышление подсказало, что на этом канате можно ещё и раскачиваться, для этого была принесена из огорода лестница для сбора яблок, установлена на стартовой площадке, нужно было взять канат и с ним залезть на эту лестницу, и с верхней ступеньки лестницы стартануть на канате, канат позволял поставить одну ноги как на подставку, то есть по сути большие качели, но без сидушки. Со временем мы к канату приделали деревяшку типа сидушки, и полёты на канате а именно качания, стали весьма комфортными.
Особым шиком считалось выполнение упражнения «круть-верть», для этого один человек садился и раскачивался на качели, а второй выжидал удобный момент, и прыгая в раскачке на канат, делал как бы абордаж качели, закручивая её стропы. Потом два участника крутились и совместно вертелись, не покидая кресла своих космических кораблей.
А однажды, я захотел подвесную канатную дорогу, и в одно летнее утро, мой батя натянул стальной трос от дерева абрикоса до дерева яблони (сорт Джонатан между прочим). Вместо колёсиков был руль от детского трехколесного велосипеда. До сих пор помню эффект вау от первой поездки. Это были просто невероятные ощущения. Трос был смазан солидолом. Я на радостях позвал знакомых ребят опробовать сие творение. Мы катались с абрикосы, представляя что проезжаем над громадным обрывом или ущельем). Со временем руль протёрся и мы стали использовать кусок трубы, надев её на трос. Канатная дорога просуществовала относительно не долго, вроде один летний сезон, потому что ветка абрикосы державшая «верхнюю станцию» канатной дороги предательски треснула и упала. Произошло это в момент катания, пострадавших не было.
А в один солнечный летний день случилось происшествие. На конце каната была прикреплена резиновая покрышка (шина), на неё можно было садиться попой и кататься. Для развлечений мы продумали систему абордажа, для этого от старого самовара, мой батя из спирали нагревательного элемента, сделал добротный крюк, очень острый, и на мощной верёвке. Катаясь в одиночестве утром на качели, я увидел как по улице идёт другой мой друг Андрей (Кабан). Я говорю, о, привет, заходи покататься. Мы тихо мирно играли, катались, тут мне в голову приходит мысль, а давай говорю, ты на канате на шине будешь кататься, а я на качели, и когда мы сблизимся при раскачке, я крюков зацеплю за шину и притяну тебя. Сказано-сделано. Мы катались, цепляли крюком за шину. Но в какой-том момент крюк цепляется не за шину, а впивается в ладонь Кабана. Повезло, что мы сразу соскочили с качелей и каната, я не стал тянуть на себя крюк, Кабан взял и резким движением выдернул впившийся в руку крюк, естественно хлынула кровь. Кабан рванул домой, потом его отправили в поликлинику зашивать рану. Вечером Кабан снова катался у меня на канате и качелях, крюк предусмотрительно был изъят моим батей.
Часть 3. Беседка.
На участке между курятником и огородом, ближе к спортивной площадке (где качели и канат) была беседка. В теплое время года она использовалась как место отдыха и чила, у беседки был достаточно длинный и широкий навес из шифера, под навесом стоял бильярд (настоящий, но размером меньше примерно в 2 раза). В беседку был протянут электрический кабель, в темное время суток включалась лампа над бильярдным столом, и проводились товарищеские матчи. Для комфорта выносился магнитофон с кассетами и включалась музыка. Самое важное обязательно на ночь нужно было занести в дом магнитофон, были случаи как бомжи и другие асоциальные личности проникали на наш участок и пытались стащить кастрюли / сковородки и проволоку. Также в беседке была установлена старая кровать, с матрасом, можно было чилить и даже спать.
Рядом (в 1 метре) от беседки с одной стороны была живая изгородь сладкого винограда, а с фронтальной стороны дерево груша. В теплое время года, я любил залезть на крышу беседки, там у меня был коврик подстилка, чтобы удобно лежать, и прямо с крыши беседки я срывал спелые вкуснейшие груши и виноград, закусывал всё это дело свежим белым хлебом, предусмотрительно отрезав его заранее ножом в летней кухне. На крыше я читал книги, наблюдал за происходящим в моём дворе, замаскировавшись ветками и плетениями винограда. В лучах заката, я слазил с крыши, шёл купаться в летний дущ и с нетерпением ждал, когда же отец придёт играть несколько партий в бильярд.
Со временем беседка обветшала, и её полностью разобрали, теперь на этом месте просто продолжение огорода. И лишь несколько опор напоминает о былом.
Да, беседку как правило отмывали и чистили до 1 мая. Потому что 2 мая у бати день рождения.
В зимние студенческие годы (1998-1999) в беседке мы с моим школьным другом Димой сидели вечерами играли на гитаре, если было сильно холодно, то и несколько стопок водки могли культурно пропустить, чтобы пальцы рук не так сильно мёрзли. Потому что в дом не вариант было заходить, мои родители хоть и разрешали это (за что им огромное спасибо), но в доме это было не то.
Также в районе беседки была старая полу вкопанная в землю бочка, она использовалась для полива огорода, ох сколько же туда камней я забросил, и всякого хлама…Один раз в очень жаркое лето я даже купался в этой бочке, а ещё рядом была ванна, в которую рано утром набирали воду, чтобы к обеду она уже прогрелась до комфортной температуры. Впрочем, купание летом было не только в бочках и ванных, совсем рядом был ставок, а в некоторые дни мы на электричке ездили на авдеевский карьер Голубое озеро.
Часть 4. Ветковский ставок.
Так уж распорядилась судьба, что задний двор выходил на улицу Артековскую, и сразу за дорогой уже был ставок. По прямой от нашего забора до ставка примерно метров 20. Кваканье лягушек было прекрасно слышно, также ставок добавлял некий микроклимат и был частичкой света среди донецкой летней жары. Комары присутствовали, но особо не надоедали.
Ветковский ставок (который старый, по правую сторону ул. Артёма если ехать в сторону ЖД вокзала) питался родниками, а также в него впадали несколько ручейков, один с западной стороны (исток находился где-то возле ЖД вокзала), второй с северной (окрестности улицы Орбитв и Садово-Набережной) и третий с северо-восточной стороны (со стороны 20-й горбольницы).
Рядом по западной стороне от ставка пролегала широкая балка между улицами Тихой и Артековской, зимой мы там катались на лыжах и санках. Летом гуляли по зарослям травы и луговых растений. В начале 90-х через ручей и заводи ставка (западная сторона) ещё был и работал пешеходный мостик, из деревянного настила, стоящий на бетонных столбах. У мостика была протяженность метров 25..30, были перила. Со временем мост разобрали, появилась асфальтированная дорога между берегами балки.
Излюбленным местом ловли рыбы были места вдоль улицы Артековской, сразу за забором моего двора. На поплавковую удочку я ловил карася и краснопёрок, а также сильдонов.
Можно было хоть в 3 ночи идти на рыбалку, близость ставка это прекрасно позволяла.
В конце 90-х, начале 2000-х годов я познакомился с Игорем (Лис), его дом бы по улице Новосенная и выходил на берег ставка, правда на другой берег от моего дома, в северной заводи (у меня была западная сторона ставка). У Игоря была в хозяйстве алюминиевая лодка на три человека, я договорился, что могу эту лодку оставлять у себя во дворе, и использовать когда угодно. Радости моей и соседа Димы не было предела, бережно мы вывели на борту лодки надпись «Титаник» и плавали на ней по ставку, это были рыбалки рано рано утром, и на вечерней зорьке, а в летний зной, мы прыгали с этой лодки прямо на середине ставка, мы могли приплыть в любую заводь, в любое место, которое с берега не было доступным. Рядом со ставком был киоск / ларёк, в который мы бегали за жвачками, приплывая на лодке максимально близко улице Артёма.
В некоторые дни, нам удавалось за деньги давать покататься взрослым, один мужичок посадил свою даму сердца (оба были под шофэ) и они отправились в плавание, но через несколько минут, дама накренила лодку и они упали в воду, лодка затонула. С тех пор, после того, как с некоторыми трудами, своими силами мы достали лодку, мы сделали некий буй/поплавок из пенопласта, привязав его к носу лодки на 5 метровой верёвке. Потому что после того как лодка уходила ко дну, было трудновато определить её место нахождение, а с помощью поплавка было легко. Глубина ставка была в среднем 3-5 метров, кое где ямы до 7 метров.
Однажды мы с моим другом Димой (Мирон) плавали по ставку на лодке, и увидели как домой с учёбы шёл Дима друг (Голубь). Мы подплыли к улице Артема, забрали Диму и поплыли на середину ставка. Там был рыбацкий мостик, мы высадили Димона на мостике, дали удочку и сказали что сплаваем в киоск за жвачками. Мы уплыли и спрятались недалеко в камышах, солнце пригревало, на улице +38, Дима оставшийся на мостике начал скучать, рыба от жары не ловилась. Через минут 30 Дима начал кричать и звать нас. Сжалившись мы поплыли «спасать» нашего кореша. Подплыв к мосту под действием жары и пекла, Дима хотел нас скинуть в воду, но промахнулся и сам упал в теплые воды ставка. Тогда ещё мобильных телефонов или смарт часов не было, из богатства в карманах была только мелочь на проезд и несколько денежных купюр. Мы решили поддержать нашего друга и сиганули вслед за ним в воду, начали плескаться и дурачиться, вдоволь накупавшись, мы сели в лодку и поплыли на другой берег, где был фруктовый сад и старая водокачка. В саду нарвали яблок, груш, абрикосов, это был наш обед. Зашли в гости домой к Лису (Игорю) он угостил чистой холодной питьевой водой из колодца, а также свежим белый хлебом.
Когда-то на этом ставке были грибочки для тени, настилы для лежания, по стороне улицы Орбита были две металлические водные горки, а также несколько бетонных ступенек/лестниц уходящих прямо в воду. Ближе к улице Артема были даже фонтаны, которые со временем покрыл слой воды и которые растащили на металлолом, в этом месте мы никогда не купались и не ныряли, риск большой под водой могли быть «сюрпризы». А первое правило наше было такое – не знаешь воду и дно (что под водой), не ныряй.
Также второй пляж располагался на противоположном берегу от моего двора, вдоль улицы Тихая, там тоже были навесы «грибочки» и бетонные настилы для лежания. Но «центральным» пляжем всегда считался пляж со стороны ул. Орбиты (сейчас там располагается кафе «Поплавок»).
Под дорогой улицы Артёма проходит бетонный тоннель, это сток перелива воды, который потом уходил в отстойник, так называемый Новый Ветковский ставок, рукотворное, в отличие от старого, сооружение. В начале 90-х по нему можно было дойти почти до самого края дороги ул. Артёма. Но я боялся туда лазить, и делал это только в присутствии своего старшего брата.
Больше информации о прогулках на Ветковском ставке читайте здесь
2 – Заводь Лиса (северная сторона ставка)
3 – Маслобойка (улица Орбиты)
4 – Фруктовый сад
5 – Второстепенный пляж
6 – Основной пляж (восточный берег)
7 – Сток воды в Новый Ветковский ставок, подземный
8 – Любимые места для рыбалки на моём заднем дворе
9 – место впадения ручья в ставок
10 – Балка, в которой течёт ручей, место для катания на санках / лыжах
11 – Дом Кабана (Андрея)
12 – Бывшая школа НСШ №24
13 – Новый Ветковский ставок
14 – Дом дяди Миши (цветмет)
15 – Приёмка чёрного металла
16 – Микрорайон Привокзальный
17 – место бывшего ларька / киоска, а также «причала» для лодки
Часть 5. «Контрольный сбор».
Не секрет, что жизнь в частном секторе отличается от многоэтажной. В сарае и подсобках частного сектора своих дворов, мы порой находили интересные вещи, которые можно было монетизировать. В основном ценился так называемый цветной металл (медь, алюминий и сплавы (бронза / латунь), а также нержавейка. Но и чёрные металлы (сплав чёрных металлов, чугун, сталь и т.д.) тоже имели свою стоимость, конечно гораздо дешевле, чем цветные. В конце 90-х годов набирали обороты интернет и компьютерные клубы, интернета дома тогда практически ни у кого не было, и каждую пятницу мы с 22 до 8 утра шли на ночь в компьютерный клуб. С завтраков сильно много не отложишь, поэтому приходилось включать смекалку. Кодовым названием данного мероприятия по сбору на своих участках и подсобках мы с соседом называли «Контрольный сбор». Это подразумевало, что обследование потенциальных мест, где это дело можно было найти, проводилось очень трепетно и тщательно, как будто «в последний раз».
Происходило примерно следующее, утром мы как обычно у забора между своих участков встречались с соседом, далее оценивалась обстановка, если обстановка позволяла, то мы запаливали костёр, в него бросали мотки проволоки или проводов, которые необходимо опалить (снять изоляцию), бросая прямо в костёр, какой кумар зловонный при этом был думаю говорить не нужно. Если завалялась у кого старая стиральная машина – мы с радостью снимали мотор и добирались до его медных обмоток, то же самое происходило и с холодильниками, которые уже ушли на покой. Цветной металл сдавать было легче и дороже, не нужно отцовской машиной моего соседа (Iveco) везти, как в случае с чёрным металлом. Да и до «цветной» приёмки было рукой подать, несколько домов от наших, по той же улице Артековской.
Приёмку держал отец нашего приятеля и моего одноклассника (Жека, тебе привет!). Мы были всегда «вхожи», в любое время дня и ночи дядя Миша точно знал, зачем мы пришли. А пришли мы сдать металл, вот сегодня латуни и бронзы немного, а также оплётки от опаленного кабеля, который пришлось умыкнуть из отцовского сарая. Да, это плохо, но стыдоба от выклянчивания денег у родителей, перевешивала чашу весов. Дядя Миша закрывал сторожевого пса в клетке и мы проходили к весам. Дядя Миша напоминал мне каждый раз «опять дядя Костя будет меня ругать, что металл сдаёте, вы точно ничего дома не стащили?». Конечно нет, отвечаем мы, вот это в огороде нашли, а это вообще на улице. «Три двести» отвечает Дядя Миша, на нашем языке это означает, что всего по весу 3 кг 200 гр, зная как таблицу математики, мы уже в уме посчитали сумму, которую нам дадут, как правило этого хватало на 2 ночных абонемента в компьютерный клуб, пачка сигарет каждому, а также скинуться на «косячок», это было обязательным релаксом после студенческой напряженной недели, иногда в меню добавлялся «первак 40%», но не чтобы чудить, а чтобы снять усталость и расслабиться, культурно, не мордобитием и уголовными деяниями, нет. Впрочем об этом расскажу в отдельной части.
Так вот, держа в руках заработанное, мы радостно возвращались домой, если дядя Миша выдавал одну крупную купюру, то мы с соседом домой возвращались через ларёк (киоск), который в то время ещё работал как на остановке троллейбуса улица Благоева (в сторону центра города, по чётной стороне), и там уже что-то покупали, дабы разменять денюжку поровну.
И такие «контрольные сборы» происходили примерно 1, максимум 2 раза в месяц. В студенчестве времени свободного много, а денег мало. Поэтому приходилось вертеться, когда на шабашку шли деревья валить на участке, когда грузчиками мешки со строительным мусором, но самое приятное это «контрольный сбор». И каждый раз мы что-то сдавали, находили, снова сдавали, итак по кругу, минимум 5 лет работал и процветал этот «контрольный сбор», со временем он скудел и потом вовсе прекратился.
Отдельно вспоминается «контрольный сбор» по чёрному металлу. Его найти было проще, но цена гораздо меньше. Соответственно сдавать нужно было по весу на сотни килограмм. Как происходил это сбор? Утром, каждый на своём участке проводил тщательный осмотр, тут вот металлический столб держит забор – не порядок, расточительство, будет вместо него чурбан из дерева. А вот тут на земле подстелены от старой печки плиты перекрытия, они уже треснули, отлично, забираем, а на их место или ничего или пару досок. Всё найденное собиралось в одну кучу, как правило у соседа в огороде, потому как в любой момент мои родители могли прийти домой.
Иду смотреть дальше, вот в дальней части огорода стоит чугунная тяжеленая ванна, на свой страх и риск разбиваем её «понедельником» (мощная кувалда), и по кусочкам уносим в общую кучу. Особо ценных было место вдоль забор задней стороны участка, там в земле ещё находились старый болты, какой-то металлический хлам и т.д. Сосед тоже нормально так находил у себя во дворе различные металлические приблуды. В ход шли старые корпусы от сгнившей техники, старые телевизоры, всё то, что магнитилось магнитом). Самое важное это транспортировка, иногда (чаще всего) мы с соседом брали по ручной тачке, закидывали туда металл, и везли на приёмку, которая была в 2 раза дальше по расстоянию, чем приёмка Дяди Миши (у него только цветняк). А если «контрольный сбор» был увесистым, тогда без машины не обходилось. У Дяди Коли (отца Димы) был фургон грузовой Ивеко, вот в него мы всё это дело загружали и везли на приёмку. Часть средств уходила на бензин, а большая часть нам.
Однажды в сарае на мои глаза попался старый сварочный аппарат, это уже было начало 2000-х годов, и я не долго думая перетаскиваю его к соседу, где мы уже его тщательно разбираем и несём сдавать. Такого количества денег за сданный металл мы видели своими глазами впервые в жизни. Сразу на месяц вперёд мы оплатили себе пятничное ночное посещение в компьютерном клубе, курили только Мальборо, друзей угощали тоже. Я себе купил несколько CD дисков, очень дорогое удовольствие в отличие от кассет. Батя, прости, реально тогда не понималось, что эта вещь будет гораздо ценнее и дороже, чем сдать её на металл. Но что в голове тогдашних подростков, правильно степной донецкий ветер, с завихрениями.
А однажды дело было серой унылой зимой, я был наказан дома уже не помню за что, вроде за плохую оценку в техникуме, и как раз вышел новый альбом моей любимой группы, но денег купить его не было. Тыняясь скучая в сарае, на мои глаза попадаются круглые диски, их раньше использовали ЭВМ СССР в качестве накопителей, они из чистейшего алюминия. В стопке их было сотни, а то и несколько сотен, стопку я поднять не смог, до того она была тяжелой. Соседа дома в тот момент не было, пришлось самостоятельно идти на приёмку к Дяде Мише, взяв с собой эти диски, но только ту часть, что смог унести. Шурша купюрами, я мчусь на ЖД вокзал, там уличные торговцы продают музыкальные кассеты и диски, покупаю и довольный иду домой. На следующий день мы пошли с соседом на ночь в компьютерный клуб, предусмотрительно сдав оставшуюся часть этих алюминиевых штук.
Часть 6. Лыжи и санки.
В отцовском сарае нашего участка хранились лыжи, было несколько комплектов, для меня и моего старшего брата. У бати был свой комплект, на который крепились специальные лыжные ботинки. У меня и брата механизм был проще, просто толстая веревка. Конечно же были лыжные палки, но в процессе эксплуатации пришлось конструкцию немного изменить, пластмассовые круглые штуки оторвать. Катались мы на балке, которая была рядом с Ветковским ставком (западная сторона). Внизу балки протекал ручей, практически никогда не замерзал, а в суровые зимы сочился тоненькой струйкой под толстым слоем льда, который под весом человека мог провалиться. Я как сейчас помню, отец соорудил из досок подобие мостика через ручей, сверху засыпал и утрамбовал снегом, и можно было на санках и лыжах проезжать через ручей не боясь «искупаться». Иногда случалось купание, в виде промокших ног и в «тяжёлых» случаях почти полностью. Тогда сразу катание прекращалось и приходилось бежать домой переодеваться в сухое.
В 1-м классе (1989-1990) мы зимой на уроках физры ходили с физруком кататься на лыжах, как сейчас помню, наш класс все на лыжи, у кого-то получается плохо, у кого-то еле – еле, и лишь несколько человек уверенно держали ход. Приехав к балке, желающих скатиться по склону с самого верха не нашлось, тогда я решил красануться, и успешно на глазах у публики съехал с самого верха, ловко проехал через ручей, и остановился на противоположном склоне балки. Восторженные взгляды одноклассников и фраза от физрука «молодец, отлично» добавили гордости и удовлетворения.
В сильные морозы ставок замерзал, и тогда ребятня радостно со всего посёлка и не только, выходила на лёд, был обустроен каток и хоккейное поле, у нас были тоже клюшки и шайбы, мы играли с братом во дворе в хоккей, и также на ставке с другими пацанами. Самое страшное было получить увесистой шайбой по лицу, попадания по остальным частям тела хоть и были неприятные, но не такие критичные. Со временем клюшки изнашивались, но отец всегда предусмотрительно выставлял новые в сарай.
В снежные дни я радовался тому, что настало время проложить трассы (лыжню) по нашему огороду. Я мог уже вечером, по темноте, выйти во двор, взять их сарая лыжи, и начинал прокладывать лыжню. Начало было от собачей будки или от туалета, далее лыжня шла до соседнего забора, потом поворачивала на 90 градусов и шла через весь огород. У меня были настоящие пересечения лыжни, съезды и прилегания, борясь со скукой я придумывал себе развлечения, я брал смазку для лыж и экспериментировал, нанося поочерёдно каждую и разгоняясь с помощью лыжных палок как мог сильно отталкивался. И старался проехать накатом как можно дальше, один раз получилось от самого края до края участка проехать, это был мировой рекорд). Особо печалился я, когда лыжню пытались затоптать родные, не специально конечно, а делая какие-то бытовые дела, то воду нужно вылить в сточную яму, а дорога к ней шла по лыжне (так удобно и короче). То собака (Бим) носилась как угорелая по огороду и по лыжне, и тогда я «выезжал» восстанавливать лыжню. Когда начиналась оттепель, лыжня могла держаться относительно долго в теневой стороне.
Отдельным развлечением было катание на санках, у меня были мощные деревянные санки, полозья были с металлическими накладками, эти санки вмещали двух человек. Сколько на этих санках мы скатывались с горок и не сосчитать, но однажды на ледяной горке санки занесло, и они боком налетели на ледяную глыб и одна сторона полозьев увы сломалась.
Горки для катания были как в балке, так и на склонах ставка, а самой «страшной» была горка возле кладбища и нового ставка, крутой склон, очень. Однажды я спускался на санках и врезался в столб уличного освещения, как сейчас помню тысячи звёздочек перед глазами, обошлось без травм. Санки иногда таскали наши дворовые собаки, Рекс и Доцик (Доцент), иногда цепляли лыжи. И весело по тротуару улицы Артёма катались.
Часть 7. Лайбы.
Моё детство было всегда тесно сопряжено с велосипедами. Это мерседес донецкого пацана. Первой моей ласточкой был велосипед «Школьник». Жёлтого цвета. Беря со старшего брата пример (у братана была лайба «Десна»), я бережно наматывал цветную проволоку и устанавливал котофоты (отражающие элементы), высшим шиком считалось иметь «динамо», приставную штуковину, которая от трения с колесом вырабатывала электричество и фонарь светился. Да, это требовало повышенное усилия крутить педали, но радость от этого была больше, чем усталость. Обязательно у велосипеда был бардачок, подвесной, внутри завёрнутые в тряпочку лежали ключи.
Мои любимым местом катания был следующий маршрут, улица Артёма, потом поворот в переулок на улицу Артековская, потом выезд снова на улицу Артёма на остановке «Благоева» и так по кругу. Особо ценным считался момент встречи мамы с работы, мама ехала троллейбусом №2 (двойка), и я встречал, ехал почти до моста железнодорожного (окрестности 20-й горбольницы и улицы Орбита), видел троллейбус, и поравнявшись с ним я давал что есть силы «газу» и приезжал на остановку быстрее тралика, из дверей которого выходила мама.
Чуть освоившись, я стал ездить до следующей остановки, 20-я горбольница (ранее она называлась улица Благонравова). Там, на стене больницы, висели уличные телефоны автоматы, 2 копейки заменяла монета номиналом 15 копеек, на ниточке. Я приезжал и звонил маме на работу, просто так, мне казалось что это супер, но мама почему-то была недовольна. Со временем я осознал, что эти звонки отвлекали. Мама, прости, звонил не от баловства, а ощущал все прелести тогдашней цивилизации.
Конечно, катался на велосипеде я и прямо по участку нашего дома, территория и покрытие позволяли. Я мог рано утром на рассвете или поздно вечером кататься, представляя что я управляю автобусом и развожу пассажиров. У меня были остановки «Сарай, Кухня, Курятник, Будка, Дом, Палисадник, Забор, Абрикоса, Калитка, Гараж, Ворота» и многие другие. В пик пассажиропотока я «назначал» новые маршруты, например «Беседка – Душ».
Примерно в 1-м или втором классе (годы 1990-1991) я катался рядом с домом, прямо на центральной улице «Артёма» ко мне подошли три пацана постарше, один вцепился в руль и стал вырывать, двое других меня держали, пацанов этих я никогда не видел раньше, они не говорили, они мычали. В соплях и слезах я побежал домой с криками что велосипед украли. Отец самостоятельно провёл оперативно-розыскные мероприятия, и вышел на след, который привёл в общагу по улице Советская (окрестности Маяка и Ветки), это была общага работников завода глухонемых. Уж точно я не помню, чем закончилась история (отдали велик вроде обратно), но через небольшое время, отец мне в один прекрасный летний день презентовал настоящий спортивный велосипед! У него было переключение скоростей, огромный руль, но присутствовала рама, об которую иногда яйки цеплялись), колёса были просто огромные по сравнению с моим «школьником». Тормоза были и передние и задние, ручные. Багажник широкий (доработка от бати). Я очень берёг этот велосипед. Проехал я на нём много километров.
Спасибо бате за латки на шинах, если были проколы, цепь всегда была смазана и исправна.
Уже точно и не вспомню, дело было в начале 1990-х, на Маяке (универсам) была точка приёма стеклотары, иногда я а иногда мой старший брат, возили пустую посуду которую меняли или на молочную продукцию или на деньги. Однажды я поехал сдавать посуду на "Десне" старшего брата, поставил велик на улице а сам пошёл во внутрь приёмного пункта, выхожу, сердце ёкнуло, и сильнейшая тревога и испуг сковали моё тело. Я заревел, побежал за угол – нет велосипеда, стал спрашивать прохожих, какая-то женщина сказала, что видела одного или двух пацанов, к сожалению по итогу это не те пацаны с глухонемого завода, так и не узнали кто спёр, велик ушёл с концами…
Уже постарше, наверное год 1994-й, я и сосед Димка каждый на своём велике ехали по тротуару улицы Артёма, не доезжая остановки 20-я горбольница навстречу шла пьяная компашка из двух пацанов / мужиков, они подождали пока мы сравняемся, и резким неожиданным движением сталкивают меня с велосипеда, и затем соседа. Мы упали, в тот же миг эти уроды сели на наши велики и уехали в направлении дворов 20-й горбольницы.
Прибежали домой, сразу же Димкин отец заводит машину, мой батя тоже прыгает и мы срываемся на место инцидента, объехали множество дворов и подворотен, увы и ах…Велики не нашли.
А уже в студенческие годы (1998) я и мой одноклассник и одногруппник Дима (не сосед, другой) мы катались на более дальние дистанции, после учёбы, часов в 15 дня мы стартуем от моего двора, едем через ЖД вокзал, переходим на посёлок Октябрьский, далее выезжаем через посёлок Пески на трассу Красноармейскую, едем по трассе через посёлок Первомайское, делаем остановку в Нетайлово попить ледяной воды из придорожного колодца, на велике Димы часто начинает слетать цепь, но путь длинной около 30 км мы преодолели, доехали до Карловского водохранилища, отдохнули минут 30-40 и в обратный путь. Устали дико, но впечатления бесценны.
Летом 2010 года я получил зарплату и пошёл на рынок жд вокзала, я захотел себе современный горный велосипед, за 4000 грн я его купил, и домой поехал уже на нём. Мне нравилось кататься и исследовать город, я мог поехать посмотреть поезда на жд вокзал, выехав на велике прямо на перрон. Мог поехать в центр города, или на окраину. Обычно я это делал вечером, с наступлением темноты, потому что уже жара спадала и ветерок был более прохладный. Приобрёл себе мощный фонарь белого и задний красного цвета. Множество фотографий города мной были сделаны именно во время таких велопрогулок. Примерно в конце 2012 года я продал велосипед моему однокласснику Диме, с которым мы ездили на Карловское водохранилище.
Отдельно в памяти воспоминания поездок с батей и соседом Димкой. Когда дело шло к вечеру, я томительно выжидал выхода отца из душа, это означало, что отец после трудового дня переоденется в спортивный костюм и мы втроём, поедем на трёх великах кататься. Я просил отца чтобы мы ехали в окрестности жд Вокзала, район грузовой станции Передача, и западную сторону завода «Точмаш» (трамвай №1 Южная проходная). Мы ездили среди подъездных и магистральных жд путей, я вживую видел реалии жд транспорта, запоминал какой путь куда ведёт, где он пересечётся с другим. Также мы нашли заброшенный грузовой поезд, это подъездной путь среди магистральных линий, спрятанный среди зарослей деревьев, он вёл в тупик. Потом выезжали или на Путиловку, или через улицы посёлка 3-й Восточный возвращались домой.
Батя, спасибо за эти вечера и поездки
Часть 8. Подъезды и компьютерный клуб.
Микрорайон Привокзальный. Год 1996, 8-9 класс. Мой одноклассник Дима (Мендель), точнее квартира в которой он жил с родителями, располагалась на 5-м этаже одной из девятиэтажек привокзального, рядом с кафе «5-й океан). В то время пользовались популярностью приставки Денди. И вот, в какой-то день мы решаем забить на уроки, и остаться у него дома, играя в приставку. Внезапно раздался поворот ключа в замке, пришла его мама, а к визиту посторонних она достаточно негативно относилась, пришлось срочно «эвакуироваться» на лестничную клетку, правда там играть уже на приставке не было вариантов, но мы начали осваивать игру на гитаре, точнее я уже играл более-менее к тому времени, а Дима нет, и я его учил. Как происходило? После школьных уроков (обычно часов в 13 дня) мы шли к нему на этаж, там играли га гитаре немного (часик), и потом расходились по домам. Вечером, после того как сделаны уроки, Дима приходил ко мне погулять во дворе или на ставке. Также я мог вынести гитару во двор, где мы уже на двух гитарах бренчали и пели песни.
Когда темнело и каждый из нас уже был в своём доме, мы с Димой делали «сеанс связи», я выходил во двор с фонариком, а Дима на свой балкон. Тогда ещё Обжоры не было, и открывался прямой обзор между нашими домами. Сам факт того, что в назначенное время, например 19:00, мы устанавливали такой сеанс фонариково-лучевой связи приводил в неописуемый восторг, потому что телефонов мобильных тогда не было, городского телефона у меня и Димы тоже.
Немногим выше, в сторону «чернобыльской» многоэтажки, на 6-м этаже дома возле садика живёт мой друг Дима (Мирон). Годы использования его подъезда и этажа для посиделок, примерно 1998-2001. В холодное время года и периоды непогоды – особенно активно. Как это было. Я и мой сосед Дима (Голубь) обычно часиков в 18 вечера выдвигались от наших дворов на Привокзальный, по пути у бабок торговок покупали семечки, жвачки. Могли и по бутылочке пива взять. Приходили на подъезд, звонили в дверь Димы, он выходил, выносил сидушку, чтобы не сидеть на бетонных ступеньках, гитару. В подъезде было тепло, а большего и не требовалось. Мы вели себя очень культурно, не дебошили, не искали приключений. По пятницам, мы и ещё другие знакомые ребята собирались на подъезде часов в 19 вечера, и в 21 час выдвигались на улицу Куйбышева в компьютерный клуб FLY COM. Он находился уже на соседнем микрорайоне «Магистральный». Тогда ещё интернета дома ни у кого не было, ходили в клуб на ночь поиграть по сетке и посидеть в интернете, я смотрел сайты с музыкой, поездами, расписаниями. А утром в 08:00 в субботу, мы покидали компьютерный клуб и шли по домам ложиться спать. В то время ещё активно использовались аудиокассеты, и скачать песню из интернета и послушать её было просто вау, как первый полёт в космос.
Да, не могу не вспомнить момент, когда в пятницу вечером, год примерно 1999, мой поход в компьютерный клуб сорвался. Дело было осенью. Я уже и не помню предысторию, то ли по учёбе плохие оценки их техникума прислали родителям, то ли дома что-то учудил. Дело было так. На часах 21:30, до начала ночного сеанса в компьютерном клубе оставалось полчаса, место уже было оплачено заранее, чтобы забронировать лучшие места (компьютеры в отдельной комнате). Я и друзья стояли на улице у входа в клуб, вдруг подъезжает автомобиль, который я сразу узнал, это была батина семёрка. Из машины вышел отец, и твёрдо без лишних слов сказал «садись, в машине уже мать ждёт». Я не стал спорить, возражать, что-то доказывать, я подошёл к друзьям, сказал, что увы, но возвращаюсь домой, кто-то из нашего круга знакомых дал мне 10 грн (именно столько стоила ночь в компьютерном клубе), ему не хватило места и он обрадовался, что теперь сможет вместо меня занять место у компьютера. Я молча сел в машину и мы приехали домой. Я тогда не захотел трепать нервы родителям, я просто беспрекословно сделал так, как они сказали. И даже обиды не было у меня. На следующие выходные я уже снова посетил компьютерный клуб.
На подъезд подтягивались ребята и девчонки, которые учились в школе №24. Были и с Маяка, 20-й горбольницы, посёлка Третий Восточный, а также с микрорайонов Магистральный и Октябрьский.
Став уже совершеннолетними, мы «могли» позволить себе кусочек взрослой жизни. Вечером, я и несколько ребят шли в магазин «Никита», который располагался перед ЖД вокзалом, рядом с Магазином «Космос», на 10 грн можно было купить, 1 литр водки, пачку сигарет Прилуки красные, напиток 2 литровый для запивона, если оставалось, то кое-какую закуску, но обычно закуской были семечки и напиток. Конечно, мы слышали из новостей о том, что кто-то ослеп, кто-то коньки отбросил, из-за суррогатного палёного алкоголя, в частности водки, однако самую дешевую и на розлив мы никогда не покупали.
Придя из магазина «Никита» на подъезд Привокзального мы поднимались на шестой этаж, расставляли сидушки и стулья, разливали по пластиковым стаканчикам, общались, шутили, играли в карты, и на гитаре, приключений на свою пятую точку мы не искали. А в тёплое время года, такие посиделки переходили на уличную лавочку рядом с подъездом, или на природу рядом со ставком или шли на гаш школьный двор НСШ №24. Конечно, бывало всякое, но серъёзных драк и стычек на фоне выпитого практически не было, а если и были, то пили мировую и довольные расходились по домам.
Я знал, что меня дома всегда ждут. Особенно волновалась мама, могла не спать пока я не приду домой. Волнения понятные, на дворе ещё не было той безопасности и стабильности, но я делал всё возможное, чтобы не влезть куда не следует и живым и здоровым возвратиться домой, да, частенько с перегаром. Но в усмерть мы не нажирались. Хотя, пару раз было сверхнормы).
Год 2000-й вроде, начало июня месяца. Рядом со школой НСШ №24 было кафе «Поляна», наш друг Рома Давыдов с посёлка Третий Восточный там праздновал своё совершеннолетие, и меня позвал. Было много выпивки и закуски, вокруг все знакомые лица, своя компания, как тут не попраздновать. Музыка, танцы, оторвались отлично, но и выпито было много. Тогда я впервые ощутил на себе, что за состояние после 0.5 литра водки на одного (примерное общее количество выпитого). Уже давно стемнело, пора было возвращаться домой, на часах часов 11 вечера, а может и 12 ночи. Иду домой, но открыть калитку ключом я так и не смог, пришлось перелезть через забор, сил хватило перелезть, и свалиться к себе в огород. В таком состоянии показаться в столь позднее время на глаза своим родителям было совсем не вариантом, я дошёл до беседки во дворе, и сладко на свежем воздухе заснул. Проснулся от холода, ночью немного прохладно, уже было легче, и я зашёл тихонечко в дом и пошёл спать в свою комнату. И сделал вывод, что такое состояние мне достаточно противно, и перебарщивать с выпивкой не рисковал.
Часть 9. Предвариловка ЖД (кассы на проспекте Театральном / Университетской).
В угловом доме по адресу ул. Университетская 35 расположены предварительные ЖД кассы.
Подростком, я очень хорошо изучил это место. Суть: родня жила в Краснодаре, и каждое лето я отправлялся в это здание проходить квэст «купи билет на поезд до Краснодара».
До 14 лет я ездил в кассы со своим отцом. Как сейчас помню, год ~ 1994-й. Никаких интернетов и электронных билетов. Чтобы урвать заветный билетик, приходилось выстаивать многочасовую живую очередью
Шарма добавляло то, что в предварительных кассах активно шёл ремонт, и работало всего 2 окошечка. На покупку билета в среднем на одного человека уходило минут 10. Поа система найдёт места, пока человек выберет нужное место, пока оплатит, пока кассир распечатает на жужащем принтере билет…Это было долго и печально. А таких желающих передо мной было примерно человек 20-25.
Стоя в очереди я изучал лепнину на стенах, рассматривал портреты. И очень переживал, если тётечка кассир внезапно ставила табличку «технический перерыв». А ещё был обеденный перерыв 1 час, и приходилось стоять, потому что если отойдёшь, то тебя могут не вспомнить, за место под солнцем (под кассой) необходимо было бороться. Плюс, кто-то ещё в одной очереди стоял чтобы сдать билеты, тогда процесс требовал минут 15 на одного человека. А ещё были льготники, они без очереди. Простояв часика 3 в общей сложности, я с радостью называл кодовые слова кассиру: «Мне пожалуйста на такое-то число один плацкарт любое место до Краснодара на скорый 46-й». Тётенька кассир застучала по клавишам и безразлично отвечает «есть только верхние боковые без указания места, поезд транзитный. Будете брать?». Конечно буду! И зажав в потной ладошке заветный билет я с прекрасным настроением покидал сие «злачное» место. Боковушка даже и хорошо, залез на верх, расстелил постельку и лежи себе смотри в окно, а хочешь спи. Понятное дело я смотрел в окно, но иногда усталость брала своё и я мог задремать.
А потом появился интернет, и прогресс дошёл до ЖД билетов, сейчас мы в считанные минуты можем купить не выходя из дома билет на поезд, выбрать себе место, оплатить постельное и питание.
Но даже сейчас, спустя годы, я до сих пор помню квэст «как купить летом билет до Краснодара». И прекрасно помню эти томительные часы ожидания у кассы.
Часть 10. Как я в локомотивном депо работал.
Это было 25 лет назад, на дворе октябрь 2001-й год. С раннего детства, моим увлечением была железная дорога. У деда по маминой линии была дача, относительно рядом с которой проходила ЖД магистраль Ростов-на-Дону – Краснодар, босоногим мальчишкой я бегал смотреть на проносящиеся мимо поезда, и мог часами сидеть рядом и жать следующий поезд. Это, безусловно, и послужило началом моего жд увлечения / хобби. Ещё после окончания 9-го класса школы, на семейном совете обсуждался вопрос, куда мне идти дальше обучаться. В ЖД институт после 9 класса не брали, а в бурсу / ПТУ по профилю ЖД мама категорически запретила рассматривать, по причине расположения сего заведения в городе Ясиноватая (12 километров по жд от Донецка), и не только.
Осенью 2001 года, я был вольной птицей, техникум остался позади. Мой отец, сохранил определенного рода знакомства и связи, и в конце октября сообщил мне, что я и он на днях поедем в Ясиноватую решать вопрос о моей будущей работе в локомотивном депо. К слову сказать, техникум я закончил по специальности ТО и ремонт автомобилей и двигателей, совсем не ЖД тематика. Задача была сверхсложная. Итак, был определён нужный день, меня отец предупредил, что завтра едем в Ясиноватую. Я в отличном настроении вечером вышел прогуляться на микрорайон Привокзальный, к своим бывшим одноклассникам. У кого-то из друзей был день рождения, выпивка, закуска, поздравили, потом пошли ещё за одной, потом за второй. Время было уже позднее, около 12 ночи, кто-то вынес из квартиры гитару, начали петь песни, потом пошли на улицу встречать рассвет. На часах было 5 часов 30 минут утра, когда я и мой сосед решили, что пора идти домой. Я рассчитывал, что приду домой, пару часиков полежу посплю и мы поедем с отцом в Ясиноватую. В 18 лет можно было гулять всю ночь, и потом ехать на занятия. Легко это переносилось. Но, идя домой в багровых оттенках донецкого осеннего рассвета, я понимал, что поступил достаточно плохо, что загулял перед важной поездкой. Плюс волнение мамы, что шатаюсь непонятно где, телефона мобильного и городского у нас тогда ещё не было, поэтому предупредить не смог.
Прихожу домой, понятное дело перегар, бессонная ночь моя и родителей. Отец сурово посмотрел, и сказал мне всего несколько слов. Поездка отменилась. Я ушёл спать.
Представляю сейчас, как отцу пришлось снова договариваться и переносить встречу, оббивать пороги и созваниваться с нужными людьми. Что это не просто «ой, извините, мы загуляли». Но тогда, тогда я этого не понимал.
Через несколько дней, утром мы с отцом поехали в Ясиноватую, обошли много кабинетов, по итогу меня взяли с локомотивное депо на должность слесарь-механик подвижного состава электровозов. Как я потом ощутил, это была одна из самых физически тяжёлых работ. Но сейчас, сейчас я ликовал, послезавтра я выхожу на работу, и не куда-то, а в самое настоящее депо! Мама заботливо, рано рано утром (не было и 5 утра) вставала и делала мне завтрак, а также бережно заворачивала тормозок. Я просыпался в 6 утра, быстро умывался, пил чай и шёл, как правило, пешком на жд вокзал (минут 10-12 ходьбы). В 06:35 утра отправлялась электричка Доля-Ясиноватая-Иловайск, на которой я и поехал навстречу своему первому рабочему дню в локомотивном депо ТЧ-20 Ясиноватая-Западное. Через 22 минуты, выйдя по Ясиноватой-Пассажирской из электрички, я направился в депо, до которого было идти примерно минут 10 от жд платформ.
Утренняя ежедневная планерка со старшим мастером депо начиналась в 07:30 утра. Меня представили коллективу нашего цеха (цех ремонта электровозов), определили наставника, и отправили получать новую рабочую форму и обувь. Мне выдали новенькую синего цвета робу (рабочая одежда), и новенькие мощные ботинки. Провели вводный инструктаж по Охране Труда. Мой наставник относился ко мне очень хорошо, рассказал о специфике, подводных камнях, и всячески помогал мне преодолевать все тяжести и невзгоды в огромном цехе. К сожалению, я не запомнил его имени, возраста он был примерно около 35-40 лет. А вот старшего мастера я почему-то до сих пор помню как звали, Крайнов Олег Иванович, опытный в годах мастер.
Мы сидели с мужиками в каптёрке (курилке), кто-то играл в домино, кто-то грел ноги у буржуйки. Зашёл Олег Иванович, говорит сейчас загонят в цех неисправный электровоз, нужно будет снять полностью одну из тележек, потом снять электродвигатель. Поначалу я был в роди подмастерья, подавал инструмент, был на подхвате, как сейчас помню, тяжеленые колесные пары, которые приходилось откручивать из посадочных мест, с помощью лома, домкрата, и волшебного слова. Иными словами – очень тяжёлый физический труд. В обеденный перерыв, я брал тормозок, который бережно мне собирала дома мама, и усаживался в кабине электровоза, на кресло машиниста. Там я и кушал и немного кемарил в обеденное время (ранний подъём сказывался). Во второй половине дня меня отправили работать «помазком», я заливал из металлической лейки, в электродвигатели электровоза специальную жидкость / смазку, менял тормозные колодки, и засыпал песок в бункер электровоза (песок нужен, когда у электровоза много вагонов, для исключения пробуксовки).
Электровозы в нашем депо были все старые, модель ВЛ8М (Владимир Ленин), их делали в своё время на Новочеркасском и Тбилисском электровозных заводах. Я их если честно не любил, мне нравились чешские электровозы Шкода, но они к сожалению, в нашем депо не обслуживались. После завершения смены, в 20:00 я иду в раздевалку, переодеваюсь и иду на электричку, примерно около 21 часа вечера я был дома. Завтра, снова в депо. График работы был 2 через 2 по 12 часов, два дня работаешь, два отдыхаешь.
Дни пролетали в обычном режиме, приближался день первой получки (зарплаты). Я уже мысленно представлял, как приду домой, отдам часть маме на тормозки, часть отложу на компакт-диски с музыкой. Зарплату выдавали днём, в окошке бухгалтерии, я получил деньги, и отправился в раздевалку за тормозком, заодно и решил в ящичке своём металлическом, припрятать получку, так как переживал, что если носить в кармане, то может потеряться (выпасть). Шкафчик закрывался на простенький замочек с помощью ключа. Я положил деньги под одежду, и краем глаза заметил, что через несколько рядов «трётся» другой работник нашего депо, пацан сомнительной репутации, выглядевший как гопник. Он прошмыгнул мимо меня, и пошёл в депо. Я закрыл ящик и пошёл в депо, в кабину электровоза, обедать.
Вечером, после смены, я прихожу в раздевалку, открываю своя ящик, а там только одна купюра, 1 гривна. Перерыл весь ящик, осмотрел рядом на полу – пусто. И я сразу вспомнил про этого пацана, всё понятно, это он увидел, как я на перерыве прячу деньги. Замочек это только одно название, как оказалось, к нему подходили и другие ключи, от других ящиков. Я сразу бегу к начальнику нашего цеха и старшему мастеру, объясняю, что произошло. Они сочувственно покачали головой, но помочь ничем не могли. Я выдвинул свою версию, показал на этого пацана, который околачивался в дальней части цеха, и косился в нашу сторону. Начальник цеха пояснил, что уже был в прошлом похожий случай с участием этого пацана, правда при других обстоятельствах. Мастер подозвал его, но тот начал нести отсебятину что вообще заходил в раздевалку забрать плеер послушать на перерыве, и что не понимает о чём речь.
Милицию вызывать не стали, я уже и не знаю по какой причине, да я честно говоря даже не подумал об этом.
В слезах и соплях, проклиная этого пацана, я иду по морозу на электричку, спасибо, что у меня была «форма», это удостоверение на бесплатный проезд на пригородных электропоездах. Придя домой, я ничего не сказал родителям, я сомневался, что они мне поверят. Это был один из переломных моментов, который повлиял на дальнейшие события в плане продолжения работы в депо. Проработав месяц, меня с помощь отца, перевели в аппаратчики, эта работа была полегче, чем слесарем-механиком. Моя задача была зачищать напильником высоковольтные контакторы и переключатели. А также проверять фиксацию пневмоклапанов. Зашёл внутрь электровоза, в высоковольтную секцию, и работаешь. Тяжести поднимать не нужно, это было большим плюсом. Да и рабочая форма моя стала пачкаться реже, чем до этого в слесарях. Вроде бы всё хорошо, но не совсем. С каждым утром я стал ощущать, что эта работа мне не нравится. Романтика железных дорог стала улетучиваться вместе с холодным цехом депо, нахождения среди работяг не аристократного происхождения, а также периодических выпадов среди этого наглого пацана. Он пытался меня поддеть, обозвать, сделать какую-то подлянку. Я терпел неделю, вторую, и в один прекрасный день подошёл к нему и сказал, что если он ещё раз посмеет меня гнобить, то разговор продолжится уже в кабинете начальника цеха и милиции. Он что-то пробурчал, но с этого дня больше он ко мне не подходил, крутился поодаль. Резкий контраст обучения в техникуме и реальная работа в депо отразились на моей психике. Я начал пропускать работу, то отпросился, то сказал приболел, то просто не являлся. Я также вставали рано утром, шёл на электричку, вот только по станции Ясиноватая я из неё не выходил, и ехал дальше, до Иловайска. Там пересаживался на обратную электричку и ехал в Донецк. Если было холодно, грелся в трамваях, коротая часы. Мог прийти на подъезд к знакомым ребятам из своего окружения, задача была просидеть до 20 часов и потом идти домой.
Как-то в декабрьский день сказал родителям, что я больше не железнодорожник. После этих слов мне стало гораздо легче. Мне не нужно было придумывать себе план «как провести ещё один день с 6 утра до 20 вечера», где скитаться, где пережидать). Это была суровая жизненная реальность, одно дело смотреть расписания и кататься пассажиром на поездах, смотреть в окошко, а другое – холодный огромный полу-тёмный цех, таскать тяжеленые запчасти для ремонта электровозов, слушать байки мужиков-работяг в клубах табачного дыма и перегара. Где-то у меня лежит та самая трудовая книжка, в которой присутствует всего одна запись, о работе в локомотивном депо. Отец и по этой части решил вопрос, чтобы не было увольнения за прогулы.
P.S. когда я приехал в отдел кадров депо забирать свою трудовую книжку, то работники депо сообщили, что этого пацана сбил наглухо товарняк, возвращался домой по темноте и метели пьяным.
Часть 11. Как я на заправке работал.
В 2002-м году я поступил на заочку в торговый университет, перебивался шабашками на стройках и квартирных ремонтах. Старший брат помог устроиться на официальную работу, заправлять автомобили в ночные смены на АЗС с кодовым названием «Топаз». У этой АЗС был порядковый номер, №7 – на счастье.
Тянулись дни ожидания, и вот 1-го или 2-го сентября, и вот мне позвонили на нокиа 3410 и сообщили, что с 3 сентября я приступаю к стажировке и последующему трудоустройству на «семёрку» (АЗС №7 «Топаз»). Стажировка – несколько смен в дневное время, а в те времена днём работали только девушки-заправщики, парни – только в ночные смены. Но чтобы стажировка прошла по полной программе (днём поток машин больше), для этого и применялась тактика стажировки днём (3-4 смены).
3-го сентября, я вышел из дома, было солнечное утро. Пешком по улице Горновой, перейдя возле НСШ №24 улицу Артёма, мимо бывшего кафе «Солнышко» и далее вдоль ул. Соколиной, а потом по ул. Агротехнической. Выходил рядом с административным зданием завода «Топаз» по ул. Куйбышева (остановка ул. Словацкая). Потом шёл пешком по ул. Куйбышева. Расстояние 2.2 км я прошёл примерно за 25 минут не спешного шага. Пропустил тепловоз и несколько вагонов на переезде рядом с остановкой троллейбуса Автоколонна №1. На заправке уже вовсю кипела утренняя жизнь.
Продолжение читайте на странице о сети АЗС "Параллель" здесь
